Адик Левин: “День июньской депортации, это – день печали, но и благодарности”

Вчера исполнилось 80 лет июньской депортации, когда около девяти тысяч людей (неблагонадёжные госчиновники, военнослужащие, полицейские и их семьи, а также уголовный элемент, включая проституток) в преддверии войны были ради обеспечения внутренней безопасности накануне нападения Гитлера на Советский Союз арестованы или насильственно высланы новой советской властью в отдалённые районы СССР.

Но была ещё одна группа пострадавших – беженцы. Среди них были и евреи, вынужденные искать спасения в Сибири. Восстановившая независимость Эстония закрепила за ними статус репрессированных. Своей оценкой этой грустной даты поделился известный в мировой педиатрии эстонский доктор, гуманист Адик Левин. Ему слово.

*

14 июня – тяжёлый день, действительно день грусти. Помимо тех, кто был насильственно выслан, оказались и те, кто был вынужден бежать от немецкой оккупации. Среди них был и я, которому не исполнился ещё и год, мои родители. Сибирь спасла им жизнь. И потому мой глубокий поклон моим родителям и родителям людей моего поколения, которые пережили весь этот ужас. Почёт и уважение нашим родителям и тем простым русским людям – сибирским колхозникам, которые приняли нас и помогли выжить, а значит, живыми вернуться в Эстонию.      

Это был вопиющий репрессивный акт. Действительно многие депортированные умерли в Сибири и концлагерях и не смогли вернуться после войны обратно в Эстонию. Я – один из тех, кого в том же июне 1941 года мои родители увезли в Сибирь. Всё, что я сейчас опишу, сохранилось в моей памяти, благодаря воспоминаниям моей покойной мамы.

Она говорила мне, что гуляла по улице города Выру с детской коляской, в которой был я, мне было 10,5 месяцев. К ней подошла женщина-эстонка и сказала матери, что надо, как можно быстрее покинуть Эстонию и направиться в Сибирь. И добавила, что, иначе её убьют. Мама отправилась со мной в город Валга, где проживала наша семья. Было решено, как можно скорее спастись в Сибири. Так и поступили. В последний момент родители отца вместились в один из дополнительно прицепленных вагонов для скота.

Наш поезд отправился на восток. Естественно, я не помню, что происходило в дороге. Очень жаль, что с нами не отправились отец и брат моей мамы. Она заявили, что Эстонию не покинут.  Естественно, как и всех оставшихся евреев, их убили во время немецкой оккупации.    

Нас привезли в деревню Петухово в Курганской области. Всем приказали выйти из вагонов. Все, прибывшие из Эстонии стояли на перроне и ждали своей участи. К нашему прибытию на перрон были приглашены и местные колхозники, которым дали команду развезти по своим домам беженцев. Нашу семью выбрала одна старушка, которая доставила в свой дом всех нас, а это была довольно многочисленная группа людей.  

Через несколько дней отца призвали в армию. Все тяготы легли на плечи моей мамы. Она научилась доить коров, ухаживать за скотиной. Во многом пополнял наши съестные запасы сибирский лес. Жизнь была трудной, и я могу только представить, сколь ужасной она была для поколения моих родителей. Выжить в то время было по-настоящему геройством.

Пишу я эту статью для того, чтобы напомнить: надо уметь различать преступления довоенного советского государства и тех простых людей, которые помогали таким, как  мы, остаться в живых. Помню (тогда мне было уже 4-5 годиков), как хорошо относилась ко мне хозяйка дома. Многие евреи, которым удалось вернуться из Сибири в Эстонию, благодарны простым людям – приветливым местным колхозникам. Они  взвалили на свои плечи дополнительные хлопоты и заботу о тех несчастных людях, которые были вынуждены бежать из Эстонии, спасаясь от наступавшего военного лихолетья.    

Мною прочитано много мемуаров депортированных и эвакуированных людей и в большинстве своём они выражают благодарность тем простым людям, которые помогли им вернуться на родину живыми.   

Мне уже за 80 и, несмотря на то, что 4,5 года из прожитого прошли в Сибири, именно благодаря этому мне посчастливилось остаться в живых и прожить ещё много десятилетий. Мой человеческий и гражданский долг обязывает сегодня, в этот печальный день, сказать обществу, что недопустимо приравнивать тоталитарное и репрессивное государственное устройство с замечательными и радушными людьми, которые жили при том режиме, но помогли нам сохранить наши жизни.     

Адик ЛЕВИН,

детский врач

Стоит прочитать!

ПРАВА ЧЕЛОВЕКА. Мстислав Русаков: “Право на отчество”

Право на отчество в Эстонии существует уже 25 лет. Осталось выяснить, сколько в Эстонии людей с отчеством в паспорте. Правильный ответ – ни одного.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *