Валерий Энгель: «Станет ли мир лучше после пандемии COVID-19?»

В апреле 2020 г. стало известно, что немецкая крайне правая партия «Альтернатива для Германии» (AfD), входящая в парламент страны, потеряла в рейтинге более 4% по сравнению с январем того же года и теперь ее популярность колеблется на уровне 9-10%. И это после рекордных 18%, которые она демонстрировала еще в 2018 г., причем в восточных землях этот показатель достигал 25%. Причиной стали два фактора, напрямую связанные с пандемией коронавируса.

Во-первых, крайне правые, популисты и евроскептики получили многое из того, чего добивались годами — в странах ЕС в связи с пандемией коронавируса были введены строгие меры, ограничивающие передвижение через границы, фактически приостановлены неконтролируемые или слабо контролируемые миграционные потоки в Европу. Более того, многие эмигранты, спасаясь от эпидемии, стараются вернуться на родину, где, по их мнению опасность не так очевидна. В итоге сработал синдром британской Партии независимости, которая через год после победы на референдуме о выходе Соединенного Королевства из ЕС в июне 2016 г. потеряла 85% своих избирателей. Евроскептики посчитали задачу партии выполненной. Тоже самое происходит сегодня с AfD, хотя многие понимают, что это временный «успех».

Во-вторых, интерес обывателя переместился в сферу здравоохранения и государственных антикризисных мер — поле, где радикалы чувствуют себя менее уверенно, чем в вопросах иммиграции, беженцев и членства в ЕС. Так или иначе, но крайне правые партии и группы оказались более не в состоянии доминировать в политическом дискурсе в новых условиях.

“Этот кризис отличается от тех, из которых «Альтернатива для Германии» выходила победителем, например такие, как кризис беженцев или [финансовый] кризис евро,” заявил Йоханнес Хилле (Johannes Hillje), берлинский политический консультант и эксперт, отвечающий за связи с общественностью и ее риторику партии. “В тех кризисах был всегда внешний враг … но теперь это вирус и он распространяется внутри нас. Обычный популистский нарратив—мы боремся против внешнего врага — здесь больше не работает.”

Примерно в такой же ситуации оказались и другие парламентские партии крайне правого и популистского толка, например Австрийская партия Свободы, итальянская Лига, французское Национальное объединение, латвийский Национальный блок и др. Это позволило говорить в разных странах о том, что беда сблизила людей и мир становится более толерантным на этом фоне. Так ли это?

Так или иначе но крайне правые партии старались в период пандемии найти новые аргументы для возвращения на лидирующие позиции в политической повестке. Конечно у каждой их них своя повестка, но если суммировать, то можно выделить следующие основные направления их активности:

  • критика мер правительства, направленных на борьбу с пандемией;
  • призывы к выходу из ЕС ввиду недостаточной солидарности перед лицом пандемии с одновременной критикой власти за попытки оказать помощь своим соседям;
  • обвинение представителей меньшинств в распространении коронавируса;
  • обвинение Китая в заражении всего мира COVID-19.

Так, Партия Свободы требовала отменить штрафы за нарушение карантина, призывала австрийцев выйти из состава Евросоюза и одновременно настаивала на отказе от вечеринок, чтобы сократить число заболевших. Примерно те же требования выдвигала итальянская Лига. Кроме того, ее лидер Маттео Сальвини, широко распространял известную теорию о том, что коронавирус изобрели в китайских лабораториях, причем видео в Фейсбуке с заявлением, в котором Сальвини требует «сказать итальянцам правду» о «китайском заговоре» набрало 31 января 2020 г. 144 млн. (!) просмотров.

Также Сальвини, совместно с лидером другой ультраправой партии «Братья Италии — Национальный правый центр» Джорджией Мелони, обвинил руководство ЕС в предательстве Италии — оно бросило страну на произвол судьбы в начале пандемии и не оказало ей помощь. А раз так, то, по мнению популистов, их страна должна выйти из состава ЕС, поскольку не понятен смысл нахождения в его составе. Интересно, что почти одновременно с этим немецкая AfD на своей странице в социальной сети Фейсбук выразила «решительный протест» европейской идее о выпуске специальных «коронабондов» для помощи наиболее пострадавшим государствам ЕС.

Лидер делегации французского Национального объединения в Европарламенте Николас Бэй заявил, что «ЕС оказался совершенно бессильным. Европейская Комиссия могла предвидеть [этот кризис]. У нее были инструменты, она была проинформирована и ничего с этим не сделала», — заявил он.

Бывший министр юстиции Латвии, член ультраправого Национального объединения, представленного в парламенте страны, Дзинтарс Расначс обвинил в росте заболеваемости представителей русского лингвистического меньшинства. 30 марта 2020 г. он написал в своем Твиттере: «Пока в России не будет чрезвычайного режима, потребители российской телевизионной пропаганды будут слоняться [по улицам] и плевать на все мероприятия самоизоляции в Риге. Сегодня вечером детская игровая площадка была полна не говорящими по-латышски подростками и детьми безответственных мамочек. По всей Иманте (район Риги) так происходит?» 24 апреля, т.е. почти через месяц, он повторил свою мысль о латвийских русских, которые представляют опасность как потенциальные разносчики коронавируса, потому что они находятся в информационном пространстве России, а не Латвии.

Что касается непарламентских и мелких праворадикальных групп, то их деятельность в этот сложный период, на первый взгляд, преследует те же или почти те же самые цели. Прежде всего, эти партии, работающие «на земле», использовали пандемию для завоевания симпатий населения, которое, в отличие от их парламентских собратьев, уже давно не жалует эти организации высоким рейтингом. Они делают, казалось бы, нужные дела — информируют население о правилах соблюдения карантина, доставляют еду людям с низкими доходами и т.д. Правда при этом они доставляют продукты в своих фирменных пакетах. Иногда они закладывают туда свои листовки с адресами ближайших партийных ячеек и призывом пополнять их ряды, а также с обвинениями «врагов нации», которым как правило, относятся иммигранты и цветные, в распространении COVID-19. Такие акции характерны, например, для военно-политической организации неофашистского толка «Азов» на Украине, CasaPound Italia (CPI) на Аппенинах, немецкой «Die Rechte» («Правые»), Британской национальной партии и др. «Пандемия — прекрасная возможность для крайне правого движения вмешаться и попытаться выдать себя за «настоящих» защитников народа, единственных, кто действительно заботится и может спасти страну от разорения», — пишет известный журналист Майкл Колборн (Michael Colborne) в американском издании «Fair Observer».

Также как и их «старшие братья», заседающие в европейских парламентах, мелкие праворадикальные группы обвиняют власти в непродуманных мерах противодействия пандемии, требуют от них закрытия границ, обвиняют Китай, евреев и нелегальных иммигрантов в распространении COVID-19 и т.д. Британская «The Guardian» цитирует исп. директора коммуникационного агентства, отслеживающего дезинформацию и пропаганду, Zinc Network Луи Брука (Louis Brook), который утверждает, что «экстремистские группы используют коронавирус как возможность для достижения своих идеологических целей путем распространения страха, разобщенности и обострения социальной напряженности». Это характерно для большинства праворадикальных партий и групп европейских стран.

Российские радикалы следуют в контексте общеевропейской повестки. Так, еще в марте 2020 г. они, например, призывали в соцсетях закрыть границы с соседним Казахстаном, поскольку оттуда, с их точки зрения, просачиваются тысячи нелегальных иммигрантов, которые и заражают коронавирусом россиян, а в апреле активно возражали против присутствия трудовых мигрантов из постсоветских республик Центральной Азии в московском метро, поскольку они, якобы, являются разносчиками заболевания.

Однако на этом, мелкие экстремистские группы не останавливаются. В отличие от своих собратьев по ультраправому лагерю, заседающих в законодательных органах власти, они свободны от парламентской этики, более идеологизированы и нацелены на «практическую работу» с населением.

Поэтому они идут дальше — призывают к «национальному восстанию» и революции против «иммигрантского засилья» и даже призывают к массовому совершению терактов целью уничтожения «врагов нации», к которым они относят не только иммигрантов, цветных и евреев, но также полицейских и других представителей власти.

Обвиняя Китай в распространении COVID-19, праворадикалы при этом отдают должное жестким мерам, которые были приняты властями КНР против пандемии. Из этого они делают вывод о том, что «авторитарные режимы, — как говорит уже упоминавшийся Луи Брук, — превосходят западные либеральные демократии в преодолении кризиса в области здравоохранения». Из этого следует еще один, более обобщающий вывод — «современные либеральные государства находятся на грани краха и их падение может быть ускорено с помощью вооруженных действий или серьезного кризиса».

Тема «национального восстания» стала одной из главных тем в праворадикальном дискурсе. Так, неонацистская организация Северное движение сопротивления (NRM), базирующееся в Северной Европе, приветствовало пандемию как необходимый шаг на пути создания нового мира. «[Вирус] может быть именно тем, что нам нужно для того, чтобы вызвать реальное национальное восстание и укрепление революционных политических сил», — написал на сайте движения Саймон Линдберг (Simon Lindberg), лидер шведского отделения NRM. — «Мы не можем построить тысячелетнее общество будущего, основанное на гнилой основе сегодняшнего дня, мы должны строить его на руинах».

Другие крайне правые группы рассматривают пандемию как возможность для дальнейшего продвижения ксенофобских и откровенно расистских взглядов. Так на Украине представитель движения «Азов» заявил в приложении для обмена сообщениями Telegram, что в распространении коронавируса в Европе нет вины белых людей — «в этом виноваты только этнические меньшинства Италии».

Такую же позицию отстаивают в том же приложении и супермасисты (белые расисты), в число которых входят представители самых разных праворадикальных групп. С их точки зрения, все, что связано с COVID-19 — это заговор, направляемый Новым Мировым Порядком, Джорджем Соросом и евреями, правительством Китая и другими «злодеями», стремящимися «уничтожить белую расу». Зашифрованные групповые каналы Telegram и «доски свободы», такие как 8Kun и др., которые часто посещают экстремисты, стали свидетелями значительного прогресса в продвижении теории господства «белых, находящихся в осаде», путем использования «оружия COVID-19». Соответственно, эти сообщества выступают за
то, чтобы белое население взяло оружие для того, чтобы восторжествовал «белый порядок». «Неонацистские каналы Telegram увеличили свои призывы к дестабилизации и насилию, связанные с Covid-19», — сказал Джошуа Фишер-Бёрч, исследователь американского проекта по борьбе с экстремизмом, в интервью « Аль-Джазире» . — «Эти каналы рассматривают текущую ситуацию … как возможность попытаться усилить напряженность и выступить за насилие».

Примерно то же самое, только с другим знаком, происходит в среде исламистских радикалов. Центральное СМИ Аль-Каиды в прошлом месяце опубликовало заявление на английском и арабском языках, в котором утверждается, что пандемия является признаком Божьей ярости по отношению к человечеству за его грехи и несоблюдение Божьих правил. Оно призвало мусульман покаяться и бороться против «врагов — крестоносцев». Шиитские группировки, в том числе «Хатболла Катаиб» в Ираке и хуситы в Йемене, а также их сторонники в социальных сетях обвиняют правительство США в использовании коронавируса в качестве биологического оружия. В то же время ИГИЛ призывает своих членов держаться подальше от Европы и постоянно мыть руки в надежде избежать заражения новым коронавирусом.

Однако, разница между активностью в сети исламистов и праворадикалов состоит не только в этом. Газета «The Washington Post» цитирует Риту Кац (Rita Kaz), исполнительного директора SITE Intelligence Group, частной фирмы, которая отслеживает экстремистскую деятельность в Интернете. «С практической точки зрения, директивы обоих групп в основном остаются неизменными: продолжайте атаковать врага, — говорит она, — но крайне правые пошли намного дальше, непосредственно используя пандемию COVID-19 [в своих целях]». Правые экстремисты активно обсуждают ситуацию, считая, что это может быть «их часом», они стремятся извлечь стратегическую выгоду из того, что они называют «потенциальным крахом общества».

В последние месяцы мы стали свидетелями очевидных провокаций со стороны праворадикалов, направленных как против меньшинств, так и против политических противников. Так, по каналам Telegram прошло несколько волн распространения фейков — сканов поддельных документов, сделанных таким образом, чтобы они выглядели как настоящие медицинские или правительственные сообщения. Согласно мониторингу Zinc Network, Telegram сыграл важную роль в распространении поддельного сканирования положительного теста COVID-19 для бывшего вице-президента и кандидата в президенты от Демократической партии Джо Байдена. Фейки о завышенном числе погибших в результате пандемии были обнаружены в нескольких городах Великобритании. В этих фейковых сообщениях также провозглашалось: «Корона — это лекарство, а люди — это болезнь». При этом, как правило, делались намеки на то, что больными людей сделали иммигранты и евреи.

Но, как оказалось, провокации — это не самое страшное, что готовят нам праворадикальные экстремисты. Интернет постепенно стал наполняться угрозам преднамеренного заражения COVID-19. В марте 2020 г. ФБР сообщило полицейским агентствам в Нью-Йорке, что супермасисты (белые расисты) намеревались опрыскивать евреев и сотрудников полиции спреями, куда они планировали добавлять зараженные вирусом жидкости человеческого организма. При этом экстремисты призывали своих сторонников совершать такие теракты «в любом месте, где они [евреи и полицейские] могут быть собраны, включая рынки, политические офисы, предприятия и места [религиозного] поклонения». Майкл Мастерс (Michael Masters), глава Сети общинной безопасности, объединяющей группы, которые занимаются безопасностью еврейских организаций и синагог в США, сообщает, что его сотрудники фиксировали динамику сообщений ненависти в интернете — «от идеи, что евреи создали коронавирус для продажи вакцин, до поощрения зараженных последователей распространять болезнь среди членов еврейской общины и сотрудников правоохранительных органов».

Это характерно не только для Америки. 21 апреля 2020 г. Служба внутренней безопасности Бельгии (Veiligheid van de Staat (VSSE)) опубликовала онлайн брошюру под названием «Скрытая опасность COVID-19», в которой сообщила например, что интернет-ресурс «Indymedia», которую VSSE назвал «анархистским веб-сайтом», призывал «использовать эпидемию Covid-19 для совершения насильственных действий против полиции и тюремных служащих».

Многие не рассматривают эту угрозу всерьез, продолжая говорить о безобидном троллинге. Однако эксперты призывают отнестись к этой проблеме со всем вниманием, поскольку «кто-то может поддаться этим призывам и совершить теракт». Например, в марте мужчине из Нью-Джерси (США), 50-летнему Джорджу Фальконе было предъявлено обвинение в создании террористической угрозы после того, как он намеренно кашлянул возле сотрудницы супермаркета в г. Маналапане и сообщил ей, что у него есть коронавирус, в тот же день власти заявили, что министерство юстиции предупредило о подобных угрозах распространения вируса. Супермасисты назвали Фальконе «возвышенным до святости». По сути дела, мы можем уже говорить о новом виде биологического терроризма — намеренном заражении тяжелым заболеванием. Об этом предупреждает и уже упоминавшаяся Рита Кац: «В конечном счете, нам нужно начать думать о терроризме в этих новых контекстах: общественное здравоохранение, дезинформация и т.д.»

Впрочем речь идет не только о новой опасности умышленного заражения COVID-19, но и о новых рисках традиционных террористических атак, связанных с коронавирусом. Всем известен случай с популярным в ультраправых кругах США Тимоти Уилсоне, 36 лет, который был недавно убит в перестрелке с агентами ФБР в штате Миссури в США. Он планировал напасть на больницу, обслуживающую пациентов, страдающих от COVID-19. Согласно сообщениям ФБР , Уилсон был администратором неонацистского канала Telegram, известного призывами к насилию. Он пропагандировал атаки и антисемитские теории заговора о вспышке COVID-19 на канале, утверждая, что пандемия была «оправданием для уничтожения наших людей».

Анализ всех этих фактов и обстоятельств позволяет сделать вывод о том, что в мире постепенно и хаотично складывается объективная система взаимодействия между, казалось бы, не связанными напрямую друг с другом крайне правыми партиями, группами и отдельными экстремистами. Если парламентские крайне правые и популистские партии в погоне за утраченной популярностью создают общественный фон страха и недовольства мерами властей, направленными против вируса, малые праворадикальные группы, используя Интернет, распространяют фейки, направленные против меньшинств и политических противников, то отдельные «активисты» призывают своих зараженных сторонников выступить в качестве биологического оружия для заражения «врагов нации», к которым они относят представителей национальных меньшинств и государственной власти. Все это вырастает в общую систему угроз для населения.

Влияет ли это на общество и на власть? Что касается общества, то здесь ответ: однозначно — да. «Представьте себе парня, который только что потерял свою работу, пишет директор по исследованиям терроризма в Университете Чарльза Стерта в Канберре Леви Уэст, — он не может получить работу и оказывается в очереди с людьми, которых он считает «мигрантами». Ему не нужно много думать, чтобы придти к выводу, что «система структурирована против таких людей, как я … Это золото для них [правых экстремистских групп]». Простой анализ социальных сетей показывает, что число жертв радикальных провокаций растет.

Что касается власти, то и здесь нельзя не замечать определенных трендов. Например американский президент Трамп и госсекретарь Помпео неоднократно озвучивали теории праворадикалов о том, что COVID-19 — это продукт лаборатории в Ухани, хотя спецслужбы США не подтверждают это. Эту версию повторяли и британские официальные лица. Лишь позже появилась другая точка зрения, основанная на том, что Китай виноват потому, что скрыл реальные сроки начала эпидемии в КНР, а также реальное число жертв.

Что касается лидеров ЕС, то они пошли не только на беспримерные шаги по закрытию границ, но часть из них выразила в начале пандемии претензии к Брюсселю за недостаточную помощь отдельным пострадавшим странам. Сегодня же такие страны как Германия, Нидерланды и даже Мальта возражают против выпуска т.н. «коронабондов» для помощи пострадавшим от пандемии странам. Явный подрыв европейских ценностей произошел в период пандемии в Венгрии, где премьер Виктор Орбан под предлогом борьбы с коронавирусом присвоил себе практически неограниченные полномочия, а также практически поставил вне закона трансгендеров. Многие европейские лидеры тайно или явно претворяют сегодня в жизнь лозунг президента Трампа — «America First!» применительно к своим странам. Трудно связывать это с праворадикальной пропагандой, но совершенно точно — можно связывать с настроением избирателей.

Все это, к сожалению, приводит к выводу, что радикальные риски после пандемии не станут меньше. Поэтому, отвечая на вопрос, вынесенный в заголовок этой статьи, стоит отметить, что ненависть не ушла на карантин. Она продолжит сеять разделение и хаос по всему миру. Увы, беда не сблизила нас, как надеялись многие, она создала нам еще больше проблем во взаимоотношениях с себе подобными.

Валерий Энгель, к.и.н., директор Института изучения проблем национальной политики и межнациональных отношений.

Источник: Интернет-платформа для изучения ксенофобии, радикализма и проблем межкультурных коммуникаций

Стоит прочитать!

Мстислав Русаков: «Итоги гражданской инициативы в поддержку национальных регионов ЕС»

Венграм удалось собрать необходимый миллион подписей под гражданской инициативой о поддержке национальных регионов ЕС. Но, увы, …

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *