Димитрий Кленский: “Эстонский язык обучения до плана «Ост» доведёт? Часть 3. Не кто виноват? А что делать и КАК?”

Если дерусификация Вам безразлична, то не читайте эту статью.

Премьер-министр Эстонии Кая Каллас рассказала о разработке реформистско-центристским правительством плана «унификациии школы в Эстонии». В переводе на русский язык это означает ликвидацию обучения на русском языке и последующую дерусификацию…

Ещё 25 лет назад я предлагал, пусть не в прайм-тайм, после полуночи с субботы на воскресенье, проводить в одно и то же время круглые столы на эстоноязычных и русскоязычных теле- и радиоканалах на тему достижения межнационального и гражданского мира. В обсуждении должны были участвовать политически не ангажированные академики, нейтральные эксперты и радикальные, но политкорректные представители эстонской и в основном русской частей населения. Почему русской? Да потому, что их (1/4 населения страны) интересы давно и уступчиво защищают представители других национальных меньшинств (1/20 часть). Смысл мероприятия – шаг за шагом, при минимуме эмоций, разобрать «русский вопрос» по косточкам с помощью научных подходов: определить конечные цели, оценить реальные возможности, оптимальные способы и сроки их достижения. В ответ пожимали плечами и смотрели на меня, как на марсиянина. 

Сегодня, когда неэстонская часть населения смирилась со своей участью, национальная политэлита стала активно эстонизировать русских и русскоязычных жителей. И сдаётся, что тут много неудачных импровизаций. Достаточно вспомнить провал обучения на эстонском языке русских и русскоязычных юношей и девушек в государственной гимназии в Кохтла-Ярве. Короче, эстонизация, ведущая к дерусификации, то есть к ограничению русского языка, в том числе и в качестве языка обучения, зловредна, и уже потому, что она принудительная, а, значит, отталкивает или замедляет естественную интеграцию.   

Однако эстонизация может быть и положительной, если она даже в принудительной форме приближает неэстонца к эстонской  культуре и истории, достопримечательностям, памятникам, природе, образу жизни. Аналогия известна – позитивная дискриминация, применяемая и в США. Это – вводимые государством льготы и привилегии для определённых, как правило, в чём-то ущемлённых в правах и стартовых возможностях групп населения. Они применяются для достижения равенства при трудоустройстве, образовании, заработной плате, даже в избирательном праве.  

Примером может быть традиция Азериской школы, где в советское время каждое 1 сентября для русскоязычных первоклассников начиналось с их поездки в какой-нибудь город Эстонии. Почему бы и сегодня государство не могло предусмотреть, например, целевые  частично или полностью оплачиваемые государством программы посещения (может быть и в школьные каникулы) ВСЕМИ русскоязычными учащимися самых разных городов Эстонии, её регионов (Сааремаа с Хийумаа, юго-восток). Нет сомнения, что интерес русских и русскоязычных жителей к знакомству их детей с достопримечательностями и природой Эстонии, к бережному отношению к ней эстонцев, к образу жизни эстонцев в городах и деревне, был бы стопроцентным.

Эта идея была предложена ещё в начале 90-х годов, но также отвергнута. Сегодня её начатки реализованы в любом случае полезных телепередачах ЭТВ+ «Глобус Эстонии» и «Люби и знай свой край!», чего явно недостаточно. Акцент должен быть сделан на школе и гимназии, в рамках учебного предмета «Краеведение».

Полезен был бы и обязательный просмотр кинофильмов о довоенной истории Эстонской республики, особенно тех, что минимально политизированы и не отмечены русофобией. Это, например, художественная лента «Имена в мраморе» (Nimed marmortahvlil). Или это – документальный фильм «Частная жизнь» (Eraelu). Он рассказывает о судьбе одного из деятелей довоенной Эстонской республики Йохане Лайдонере и его супруге – полячке  Марии Лайдонер (урождённой Грушевска). Они дают возможность понять чисто по-человечески драматизм и трагику, как довоенной Эстонии, так и живших в ней людей. Был бы полезен и курс лекций о русских, живших в Эстонии в прошлые века, их достижениях, и  эстонцах, прославивших Россию. И так далее. 

Короче, не в спорах об исторической правде, не навязыванием её тенденциозных трактовок (как это было и в советское время относительно жизни в Эстонии в межвоенное время) видится магнит взращивания в русском и русскоязычном ребёнке естественного ощущения Эстонии своей Родиной (место рождения). Пусть даже Отчизной (родина предков) для него останется Россия или Украина, или, если к НАТО он будет относиться настороженно, как, впрочем, и иные эстонцы.   

В доказательство можно привести конкретное преобразование столичных районов Копли и Пельгуранна, которые и до восстановления независимости Эстонии считались захолустьем, а лет 20 назад и «русским гетто». Нынче даже палисадники и дворы в микрорайонах стали более «эстонскими», то есть ухоженными и чистыми, стало больше бытового уюта, уважительного отношения к порядку.   

Интеграцию, не в опошленном за минувшие десятилетия её понимании, разумно развивать в этом гуманистическом направлении, а не идейно-политическом, да ещё с русофобским привкусом, что обречено на провал.  

Димитрий Кленский

Таллин, 2-6 марта 2021

Стоит прочитать!

Димитрий Кленский: “За что и как СМИ на эстонском языке осуждают деятельность правозащитника Сергея Середенко?”

Если русскоязычные СМИ Эстонии сфокусировали внимание на правозащитной и правоведческой деятельности юриста Сергея Середенко, то эстоноязычные – на той части его многолетней деятельности, которая привлекала внимание Полиции безопасности (КаПо).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *