Елена Григорьева: “Make love not war. Любовь — это взаимность”

Война – игра в кровавую рулетку. И всякий, кто помогает воюющим сторонам оружием, боеприпасами, чем угодно, ставит деньги на кровавый лохотрон, где расплатой числятся человеческие жизни. Мы уже их считаем на тысячи на самом новом витке, повороте этой рулетки. Тот, кто кормит войну с любой стороны, играет именно в кровавую рулетку. А это игра без победителей. Ведь в лохотроне не бывает победы, в лохотроне если даже выиграл ты, знай, что может быть, за твой выигрыш твой брат сейчас пустил себе пулю в лоб.

Сегодня ты! А завтра я!

Так бросьте же борьбу, ловите миг удачи,

Пусть неудачник плачет,

Кляня свою судьбу!

Сколь омерзительна вся эта пиар-свора, что стоит вокруг этой рулетки, с желтыми клыками и замазанными кровью рылами, и ставит и ставит на смерть, на смерть, на смерть себе подобных, объявляя их с легкостью достойными именно этой позорной смерти…

Те, кто сражается в бою, все же погуманнее этих так называемых властителей дум, сгрудившихся у полыхающего адом Земного шара.

Делят, снова делят Землю, нашу общую планету… да не добром, только насилием.

По ком звонит колокол? Да по всем нам звонит!

Насилие есть результат неправедности притязаний на то, что тебе не положено по праву достоинства. Насильник берет силой то, что не может получить ни по праву, то есть по закону, ни по любви, то есть добровольно. Насильник берет желаемое, заглушая или игнорируя стоны и крики страдающей жертвы, зная, что никаких аргументов в его оправдание нет и быть не может. Насилие порождает ненависть обоюдную, ненависть исключает взаимопонимание. Дальнейшее — лишь эскалация насилия вплоть до полного вазимо- и самоуничтожения.

Чтобы прекратить ненависть и насилие, следует внять противоположным сторонам конфликта. Следует услышать их обоюдные доводы с нейтральной позиции и только тогда судить, кто прав, а кто виноват. Потому что виноватые в этом конфликте есть, у них есть конкретные имена и адреса. Все они должны получить по заслугам и закону. Но сначала необходимо и неизбежно выслушать обе противоборствующие стороны в максимально открытом публичном пространстве в присутствии нейтрального синклита общественности.

И всем светлоликим инклюзивным гуманистам я настоятельно рекомендую серьезно подготовиться, стиснув зубы, привязав себя к мачте, прослушать внятную позицию своего оппонента. Выслушайте от начала до конца любые спокойные доводы своих оппонентов, попробуйте, может, даже частями. Попробуйте услышать аргументацию противника.

Только потом судите.

Вот я слышу обе стороны, разбираю аргументы с обеих сторон. Я не игнорирую крайне неприятную для меня информацию, я ее принимаю к сведению и работаю с ней дальше. А тот, кто слышит только одну повестку, тот не может именоваться аналитиком и даже гражданином, потому что наш гражданский долг – знать правду, а не только ежесекундно меняющуюся повестку из фейков один другого гаже.

В скобках замечу, что каждый гражданин обязан защищать свою страну, однако для начала стоит договориться с соседями, что именно является твоей страной.

мирно.

Однако, бывает, не удается миром.

Почему не получается миром?

Потому что управлять и собой-то, а уж тем более  государством очень сложно, сохранить независимость своего государства очень сложно, если не невозможно в настоящем мире. Потому что в этом процессе выживания каждый старается выжить другого, чтобы занять его место. Это социал-дарвинизм, то есть бытие на уровне инстинкта. Человек — другое дело. У человека есть Закон, писанный, зафиксированный Закон. И этот Закон провозглашает особые этические нормы — взаимообразие добра и зла. Животное не знает разницы между добром и злом, кроме как в применении к своей особи (материнская любовь здесь также инстинктивна, хотя и готова к самопожертвованию). А человек знает, что добро для одного может обернуться злом для другого, а это, в свою очередь, вызвать ответную ненависть, вражду и месть. Это и есть основа категорического императива по Канту – «нравственный закон внутри».

Человеку стало внятно, что он может в какой-то мере выбирать варианты поведения, ему предоставлена свобода решать, что выбрать и для чего, просчитывая сознательно последствия. Потому что человек умеет делать выводы из прошлых ошибок в своём поведении и избегать их повторения. Собственно именно этому посвящён казалось бы совершенно не двигающий действие пьесы монолог Гамлета. Это называется ответственностью за содеянное. Человек слишком хорошо осведомлён об этой ответственности по сравнению с животными, подневольными инстинктам.

Какова же эта ответственность? Ответственность в данном случае — это обратка, ответка за содеянное тобой по отношению к кому-то. Это очень древний и хорошо всем известный «закон бумеранга». По-русски мы говорим – «как аукнется, так и откликнется», а еще – «не плюй в колодец, пригодится воды напиться», а еще – «слово не воробей, вылетит — не поймаешь». Это какова же скорость слова согласно нашим предкам…попробуй, поймай воробья дважды…

Так что всё в твоих руках, словах, мыслях, разумеется, лучше в обратном порядке.

Если идти с добром к миру и людям, они ответят добром. Однако не все, увы. Есть такие неблагодарные особи, которые на добро отвечают злом, то есть обманом. Ведь закон гласит — добром на добро!

Вот так и получается, что неблагодарность = предательство. Последний из грехов — иудин.

Да, это предательство того, кто сделал тебе добро, рассчитывая (хотя обычно это просто инстинктивно) на ответную доброжелательность.

Ну например, когда Миша, к сожалению, Лотман публично отменяет Пушкина, он демонстрирует самую злостную неблагодарность, потому что Пушкин кормил семью Лотманов и до сих пор кормит, а Юрию Михайловичу Лотману Пушкин помог стать гением, открывателем новых миров – семиосфер. И это общеизвестный научный (sic! именно так!) хорошо документированный неотменяемый факт. А Миша Юрьевич с этого наследия живет, паразитируя на нем давно уже без малейшего вклада в науку. Вот поэтому ему приходится подчиняться повестке и отменять все подряд, что прикажут. Что уж говорить про всяких псевдотютчеведов лейбовых и квазиправославных киселевых. Всё продадут, всех предадут, а то ведь к кормушке не пустят. Отменяют ту культуру мысли, которая их вскормила и кормила всю их подлую жизнь.

А если культура отмены приведет к полной отмене уликовой парадигмы, то вообще ни о каких законах дальше речи быть не может. Будет просто до-разумная форма жизни. Потому что разум – это умение отличать добро от зла и действовать соответственно.

Неблагодарность – это обманутое доверие.

И да, в этом мире никто никому ничего не должен, но есть благодарные и неблагодарные твари.

Так вот благодать только на первых, а вторых не надобно. Это мое персональное глубокое убеждение.

Благодарность – это и есть любовь взаимная, а невзаимная – не любовь…

И напоследок очень трогательная и показательная цитата из интервью Донатаса Баниониса:

“Моя любимая Вия Артмане незадолго до смерти написала духовное завещание, в котором просила крестить ее по православному чину и похоронить на русском кладбище в Риге. Вия так и написала:

«В знак благодарности к русскому народу…»

Я могу только догадываться, сколько ее дум легло в эти строчки. Так вот и для меня Россия много значит.

…Знаете что мне сегодня страшно? Что с уходом нашего поколения связь между Россией и Литвой станет слабеть все сильнее и сильнее. Ну как можно не ставить Чехова только потому, что он русский? Он мировой! Чайковский, Станиславский – это фигуры общечеловеческого масштаба. Я даже Максима Горького отношу к мировым гуманистам, а не к советским.

Недавно я пошёл в какое-то учреждение по делам. Там женщина сидит. Смотрит и спрашивает – кто вы такой? Банионис. Да кто ты такой – Банионис? Я и ушёл. Ну, что поделать – она, видимо, не смотрит кино. В России так не было бы. Там только зайдёшь в троллейбус, так сразу: ой, ой, садитесь, садитесь. Я могу и сам билет купить, но это как бы показывает уважение.

Самую большую благодарность за то, что меня там до сих пор помнят. Где бы я ни был бы в России – в Питере, Москве или в Горьком – все меня узнавали. Значит, моя миссия, как художника, не пропала даром, а оставила смысл. Где-то в душе у людей остались мои роли и мои мысли. В моем багаже – восемьдесят один фильм. А это, поверьте, много. Картина, которая мне принесла известность – бесспорно, «Никто не хотел умирать». Потом «Берегись автомобиля», я там снимался рядом со Смоктуновским, который уже был звездой.

Дальше «Мертвый сезон», потом «Король Лир», «Гойя», «Солярис».

Я уже знал, что есть такой режиссёр Тарковский. Но знал и то, что его фильм «Андрей Рублев» был запрещён. И когда приехал на пробы, попросил Андрея, чтобы он показал мне этот самый «Андрей Рублёв».

И он дал мне ключик и маленькое помещение, где просматривают киноматериалы – только, говорит, никому не говори, а то нас накажут.

И я посмотрел… И так обрадовался – такое это для меня было достижение искусства кино, самое-самое высокое!… Но потом, уже после Каннского фестиваля, фильм разрешили и он пошёл по всему миру. А когда меня надо было утверждать на эту роль, надо было получить разрешение из театра. Я попросил, чтобы нашему руководителю, Мильтинису этот фильм показали тоже. Плёнку тайно привезли в Паневежис. После просмотра он молча вышел, ничего мне не сказав. На следующий день говорит – Донатас, поезжай, тут искусство высочайшего уровня… Так что в «Солярисе» я снимался, и Тарковский для меня был большим-большим счастьем.

Нас в свое время обвиняли: зачем вы, мол, нам жизнь показываете, надо театр показывать, что-нибудь эдакое в белой муке и без штанов.

А Мильтинис хотел наоборот – чтобы не было театра. Как по Чехову и Станиславскому. Это принцип театра, чтоб не было театральности, а жизнь была раскрыта, человеческая душа.

Что на сцене должен быть человек умный. А теперь не люди, а клоуны какие-то кривляются. Не люблю я смотреть это телевидение, потому что то, что они играют, это принципиально не мой вкус”.

Интервью «Комсомольской правде»

Донатас Банионис (28 апреля 1924 – 4 сентября 2014)

Стоит прочитать!

Елена Григорьева: “Vale August, царь ненастоящий!”

Артём Гареев поставил психодраму Тресси Леттса (англ. Tracy Letts; род. 4 июля 1965, Талса, Оклахома, США) «Август. Графство Оссейдж» (премьера в Чикаго 2007, Пулитцеровская премия 2008).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *