Фото: Sputnik Эстония

Интервью с Мстиславом Русаковым

Интервью с председателем правления НКО «Русская школа Эстонии» Мстиславом Русаковым в рамках  Виртуального дискуссионного клуба «Мысль».

— Мстислав, каков процент русскоязычных в Эстонии и верна ли официальная статистика? Какова динамика численности и какова тенденция численности русскоязычных?

— Русскоязычных 31%, эстоноязычных — 68%, остальных — 1,5%. Эстония де-факто государство с двумя лингвистическими общинами. Но чтобы затереть русский язык, эстонские политики и чиновники часто говорят о некой мультикультурности. Например, в Эстонии живёт 100 народов и врач не может говорить на ста языках. Он должен владеть только государственным. Был массовый выезд после выхода Эстонии из состава СССР. Так в 1989 году русскоязычных было 40%. Сейчас на 9% меньше. И этот показатель, 31%, достаточно стабилен последние лет 20.

— Насколько русский язык распространен среди эстонцев?

— В Эстонии к языку, правда эстонскому, очень трепетное отношение. Поэтому, под владением языком понимают практически на уровне родного, и только в этом случае человек, например, может претендовать на должность чиновника. Если подходить с таким же критерием к эстонцам, то владеющих русским окажется единицы. Если же иметь в виду какое-то очень минимальное владение, то оно есть у всех, кто успел закончить советскую школу, а также у молодых людей, обслуживающих русских туристов. Правда в последнем случае это может быть буквально несколько слов. Русский, как иностранный, учат в некоторых эстонских школах. По популярности он, если я не ошибаюсь, на третьем месте после английского и немецкого. Но, как правило, это обучение даёт очень слабое владение языком. Если сравнить, то гораздо ниже, чем обычное владение английским языком средним учеником в очень провинциальной советской школе.

— Как русскоязычные участвуют в общественной и политической жизни Эстонии? Насколько пропорционально участие и численность русскоязычных?

— В начале 90-х в Эстонии был популярен лозунг — «расчистим площадку!». И это удалось. Из примерно пропорционального представительства неэстонского населения во властных структурах, на данный момент среди чиновников неэстонцев всего 3%. Причём это либо работники таких ведомств, куда эстонцы идут не очень охотно — спасатели, полицейские, либо это люди, находящиеся в семейных отношениях с эстонцами. Так, в списке чиновников достаточно часто можно встретить женщину с русскими именем и эстонкой фамилией. Низкий процент даже не связан со знанием эстонского языка. По социальным опросам, русские, владеющие эстонским перфектно, очень успешно конкурируют с русскими им настолько хорошо не владеющим, но при этом проигрывают эстонцам. Так Эстония долгое время держала первое место в Европе по разрыву в зарплатах между мужчинами и женщинами. Это обусловлено, прежде всего, тем, что русскоязычные женщины соглашаются на низкооплачиваемую работу и тем самым портят статистику. С учётом сказанного выше, также затруднено и участие русских в политической и общественной жизни. В эстонском парламенте нет ни одной партии, которая отстаивала бы права русского национального меньшинства. Все эстонские партии придерживаются парадигмы «Эстония — для эстонцев!». Левый сектор практически не представлен. И те, кого условно можно назвать левыми, среди парламентских партий, отличаются от правых только тем, что ходят на гей-парады.

— Но ведь и в России запрещены национальные партии и есть государственный язык, незнание которого не допустит к политической, государственной карьере. Считаете ли Вы, что русскоязычные Эстонии требуют к себе особого отношения?

— Речь не идёт о национальных партиях. Россия — это хорошая аналогия. Есть ли в России хотя бы одна парламентская партия, которая считает, что Россия — для русских, а у всех остальных не должно быть никаких прав? Вряд ли такая партия стала бы парламентской. У вас правые экстремисты бегают по улицам и их отлавливают и судят, а у нас они сидят в парламенте и принимают законы. В России есть региональные языки. И, как сказано выше, проблема не в незнании языка, а в национальности. Русские не требуют в Эстонии особых прав, но только равенства.

— Как Россия оказывает помощь своим соотечественникам в Эстонии?

— Российская соотечественная политика для нас загадка. Так, например, Россия десятилетиями накачивала деньгами партию, которая выступала за членство Эстонии в НАТО. Когда же эта партия из оппозиционной стала правящей, то первое, что она сделала это поддержала санкции против России. Такую политику можно считать провальной. Но вряд ли ответственному за это лицу прислали шёлковый шнурок. Собственно мы это всё видим и на примере Украины и Белоруссии.

— Ожидают ли русскоязычные от властей России какую ни будь поддержку?

— Уже нет. Россия, к сожалению, не Венгрия. Российские власти относятся к проблемам русскоязычного населения Эстонии крайне индифферентно. Как мне сказал один российский дипломат, вам здесь головы не режут и радуйтесь. Поддержка только в официальной риторике МИДа. Но здесь цель скорей не решить наши проблемы, а показать в пику постоянной критики России со стороны Эстонии, что последняя тоже далеко не безупречная страна.

— Является ли Россия для русскоязычных привлекательным местом, куда они могли бы переехать? И куда переехали 9% выехавших из Эстонии русскоязычных?

— Эти 9%, думаю, в основном в России. Потому что в начале 90-х их вряд ли приняла бы какая-то другая страна. В плане миграции русские в Эстонии мало отличаются от эстонцев. Как те, так и другие, больше предпочитают западное направление. Российская программа переселения вряд ли затронула в существенной мере живущих в Эстонии русских. Безусловно, есть те, кто выезжают в Россию, но это явно не носит массовый характер, кто-то остаётся после учёбы, кто-то вступает в брак, кто-то находит интересную работу в Москве или Санкт-Петербурге. Но это практически единичные случаи.

— Какова перспектива условий жизнедеятельности русскоязычных в Эстонии?

— Если сохранятся имеющиеся тенденции, то ассимиляция, янычаризация и маргинализация. Мы для защиты своих прав пытаемся подключить европейские национальные меньшинства, чтобы решать свои проблемы сообща. Но это процесс длительный и ничего не гарантирующий.

Источник: Материк

Стоит прочитать!

Димитри Кленский: «Эстонский образовательный «novichok» или Если эстонизация школы – не «эхо» нацизма или русофобии, то это – расизм, а эстонизаторы – расисты»

Всех мастей эстонизаторы образования клянутся, что никакие они не «фашисты» или русофобы, они-де заботятся о будущем благе иноязычных детей, более того, раздельные школы с эстонским и русским языками обучения считают… сегрегацией?!

2 комментария

  1. Кленский Димитрий /Таллин/

    Убедительное интервью.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *