ПРАВА ЧЕЛОВЕКА. Мстислав Русаков: “Право на отчество”

Отчество использовалось в Эстонии с древнейших времён. Так название эстонского эпоса “Калевипоег” дословно переводится на русский как Калевич. Имя героя при этом не упоминается. Только отчество. Отчества использовались в Эстонии в царское время (до 1917 года). Они использовались и в первую Эстонскую Республику (1918-1940). Как свидетельствуют архивные документы, отчество (isanimi) использовалось в удостоверяющих личность документах, в членских билетах, в анкетах госучреждений и т. п. Существовало официальное признание отчеств и в советский период.

Однако при восстановлении независимости Эстонии из удостоверяющих личность документов отчества исчезли. Оправданная мера в отношении эстонцев, у которых отсутствует традиция включать патроним в полное национальное имя, это выглядит не слишком справедливым по отношению к русским, украинцам, белорусам и другим народам, у которых отчество является неотъемлемой частью полного национального имени.

До некоторого момента вопросы, связанные с присвоением имен, решались на уровне внутреннего законодательства государств. Однако 1 февраля 1995 года Совет Европы принял Рамочную Конвенцию о защите национальных меньшинств. Согласно ч. 1 ст. 11 этой Конвенции, «стороны обязуются признавать за любым лицом, принадлежащим к национальному меньшинству, право пользоваться своей фамилией, именами и отчеством (патронимом) на языке этого меньшинства, а также право на их официальное признание в соответствии с условиями, предусмотренными их правовыми системами».

Таким образом, право на официальное признание полного национального имени получило статус «права человека», т. е. неотъемлемого права каждого человека, и международную защиту. 21 ноября 1996 года Рамочная Конвенция была ратифицирована в Рийгикогу. Тем самым Эстония признала ее действие на своей территории.

Рассмотрим более подробно, что это значит. П. 68 Пояснительного доклада к Рамочной Конвенции о защите национальных меньшинств объясняет применение ч. 1 ст. 11 Рамочной Конвенции следующим образом:

«Принимая во внимание практическое значение этого обязательства, положение сформулировано таким образом, чтобы дать возможность сторонам применять его в свете своих собственных особых обстоятельств. Например, стороны могут использовать алфавит своего официального языка для написания в фонетической форме имени (имен) лица, принадлежащего к национальному меньшинству».

То есть в нашем случае полное национальное имя (включая отчество) должно быть вписано в удостоверяющий личность документ латиницей и с учетом эстонской фонетики.

Право на отчество в Эстонии существует уже 25 лет. Осталось выяснить, сколько в Эстонии людей с отчеством в паспорте. Правильный ответ – ни одного. В Эстонии уже стало традицией иметь ”мертвые” правовые нормы и международные обязательства. Они, вроде как, есть в законе (как и право на обучение в гимназии на русском языке) или другом нормативном акте, но на практике эти права отсутствуют. Эстонские суды категорически отказываются официально признавать отчество. Почему? Наверное, потому, что могут. Нарушение права на отчество со стороны государства не влечет за собой каких-то санкций.

В данном случае применяется ”мягкое право”. Контрольным органом здесь является Консультативный комитет Совета Европы по выполнению Европейской рамочной конвенции о защите национальных меньшинств, который уже неоднократно давал Эстонии рекомендацию найти в сотрудничестве с представителями национальных меньшинств подходящее правовое решение для регистрации отчества в официальных документах. Как показывает практика, в том числе судебная, пока сотрудничество имеет форму ”Сигнал посылаем: “Вы что это там?” — А нас посылают обратно”.

Когда у автора этой статьи в 2004 году родился сын, он решил реализовать это право. Я пришел в загс за свидетельством о рождении, и работница загса радостно мне сказала, что отчеств в Эстонии нет. Когда я показал Рамочную Конвенцию, то она показала мне свою заведующую. В итоге отчество было зафиксировано в свидетельстве о рождении в качестве «второго имени». Этот случай в Эстонии первый и, наверное, единственный. Но отчество – это совсем не второе имя. У него особый статус. Поэтому я решил подать в суд.

Эстонские судьи всех уровней остались непреклонны. При этом их основной аргумент был – «здесь же нет места!». «Вот графа «имя», вот графа «фамилия», но графы «отчество» нет. Куда же мы его поставим?»

Странно, что этот вопрос не возник в момент ратификации Рамочной Конвенции. Эстония уже привыкла принимать международные акты, даже не собираясь их исполнять. Но зато внешне все выглядит очень благопристойно – страна присоединилась к большей части международных правозащитных актов, а, значит, и с правами человека все в порядке.

Те, кто давно живут, помнят, что «государство – аппарат насилия» по Марксу. Чтобы это ощутить на себе, нам достаточно перейти улицу в неположенном месте. Но, к сожалению, в вопросах защиты прав человека аппаратом насилия не является ни ООН, ни Совет Европы, ни ЕС. Вмешательство возможно или в случае военного конфликта, или излишков запаса сахара, за которые Эстония в своё время получила штраф от ЕС.

Ситуация с отсутствием официального признания отчества в Эстонии вызывает также озабоченность у Комитета ООН по ликвидации расовой дискриминации. Чтобы не сбивать с толку, уточню, под расовой дискриминацией в международном праве понимается любая дискриминация по национальному признаку.

Правительство в п. 10 своего официального X и XI периодического доклада об исполнении Международной конвенции по ликвидации всех форм расовой дискриминации, охватывающего период с 2008 по 2012 год, бодро заявила:

«Эстония присоединилась к Рамочной Конвенции о защите национальных меньшинств, которая вступила в силу в Эстонии 1 февраля 1998 года. В соответствии со статьей 3 Конституции ЭР Рамочная Конвенция о защите национальных меньшинств, как документ международного права, является неотъемлемой частью правовой системы Эстонии».

То, что Рамочная Конвенция исполняется весьма избирательно, Эстония скромно умолчала.

Свет на истинное положение вещей помогло пролить НКО «Русская школа Эстонии», которое в июле 2014 года в своем Альтернативном отчете для Комитета ООН по ликвидации расовой дискриминации, помимо прочего, сообщило о том, что положение Рамочной Конвенции, касающееся права на официальное признание отчеств, как не исполнялось, так и не исполняется.

Это не осталось незамеченным, и Комитет ООН в своих очередных замечаниях рекомендовал «принять меры по удовлетворению потребности меньшинств в самоидентификации, в частности путем содействия использованию отчества в рамках соответствующих административных мер».

Казалось бы, можно было бы облегченно вздохнуть – справедливость, наконец-то, восторжествовала. Однако ничуть не бывало. Эстония совсем не спешит исполнять рекомендации Комитета ООН. Автором статьи был проведен простой тест. Один из пунктов заключительных замечаний предлагает Эстонии разметить в открытом доступе перевод рекомендаций на русском языке. В ответ на соответствующий запрос МИД Эстонии ответил, что не собирается размещать русский перевод, мотивируя это тем, что рекомендации не являются обязательными для исполнения.

Обращение с жалобой по этому вопросу к канцлеру права тоже не дало результата. Канцлер права ответил, что не в его компетенции обязать МИД делать то, что он делать не обязан.

Здесь стоит отметить, что исполнение рекомендации о размещении русского перевода Заключительных Замечаний не требует от Эстонии ни денежных, ни временных затрат. Достаточно просто скопировать его с сайта ООН. Очевидно, что для эстонских властей это является делом принципа, что наводит на безрадостные мысли о том, что русофобия является краеугольным камнем «эстонской демократии».

На прямой вопрос об исполнении рекомендаций ООН, касающихся права на официальное признание отчества, эстонский МИД ответил точно так же, как и по поводу перевода – признания отчества не будет, потому что рекомендации не обязательны для исполнения.

Автору для защиты своего права на отчество пришлось инициировать новый судебный процесс. Однако и на этот раз суды Эстонии проигнорировали Рамочную конвенцию, сославшись на внутреннее законодательство, которым отчество не предусмотрено.

Чисто технически вопрос с официальным признанием отчества решается не просто, а очень просто. Для этого вовсе не надо ломать систему, выдумывать новые образцы паспортов и т. д. Согласно ч. 3 ст. 9-1 Закона об удостоверяющих личность документах, если имя превышает 15 знаков или фамилия превышает 28 знаков, то в полном виде имя и фамилия вписываются на другую страницу паспорта. Что мешает по желанию человека внести на другую страницу паспорта полное национальное имя с отчеством? Именно таким путём пошли в Латвии. В Латвийском паспорте полное национальное имя может быть внесено на соседнюю страницу паспорта. В конечном итоге автор обратился за справедливостью в Комитет ООН по правам человека (КПЧ). Стороны уже обменялись мнения в рамках процедуры КПЧ. Таким образом, окончательное решение возможно уже в этом году. Так что, продолжение следует…

Мстислав Русаков, юрист-правозащитник, баллотируется под номером 1035 в депутаты Таллинского городского собрания по списку Народного Союза (Narodnyi Sojuz) в Ласнамяэ.

Источник

Стоит прочитать!

Народный Союз подал жалобу на Дельфи

Портал Дельфи разместил так называемый "автомат выбора", при помощи которого можно определить какая партия в Таллине подходит избирателю больше всего. Избирательные союза при этом были проигнорированы, исключены из информационного пространства.

Один комментарий

  1. Лариса Шарова

    Да, это важно.
    Человек без отчества – растение без корня.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *