ПРАВА ЧЕЛОВЕКА. Нацменьшинства Европы потребовали от Эстонии и ЕС обеспечить образование на русском языке

12 декабря 2022 года парламент Эстонии принял «Закон о внесении изменений в Закон об основной школе и гимназии и другие законы (переход на эстоноязычное образование)», которым установлено, что полный переход на эстоноязычное образование начнётся в 2024 году и закончится к 2030 году.

НКО «Русская школа Эстонии» обращает внимание международного сообщества на то, что этот правовой акт является завершающим этапом многолетних целенаправленных усилий по насильственной ассимиляции русского меньшинства в стране. Новый закон нарушает права на язык, культуру и идентичность 20% граждан Эстонии (русского происхождения и/или русскоязычных) и ещё около 5-10% населения, принадлежащих к русскому меньшинству, но не имеющих эстонского гражданства. Кроме того, он нарушает Договор Европейского союза (статья 3) (TEU) и обязательства по Рамочной конвенции Совета Европы о защите национальных меньшинств (FCNM), государством-участником которой Эстония является с 1997 года.

Справочная информация и последние события

Право на гражданство лиц, не говорящих на эстонском языке и использование русского языка в общественно-политической жизни государства являются острыми общественно-политическими вопросами с 1991 года, когда Эстония восстановила свою независимость. Хотя в то время государство прямо указывало, что русский язык является родным для ряда граждан страны, а первые демократические законы закрепляли право на образование на русском языке, в течение последних 30 лет Эстония постоянно ограничивала языковые права русскоязычных жителей страны. С конца 1990-х годов, согласовывая образовательную политику с приоритетом Политики интеграции «усилить социальную сплоченность путем интеграции людей с разным языковым и культурным происхождением», эстонское правительство начало открыто проводить культурную унификацию (т. е. ассимиляцию народов разных национальностей). Многолетняя политическая линия действий, ориентировання исключительно на русскоязычное сообщество затрагивает и дискриминирует около 20% граждан Эстонии. Претендуя на вклад в создание сплоченного эстонского общества, где люди пользуются равными жизненными возможностями, реформы в сфере образования на самом деле отклоняются от фундаментальных ценностей ЕС – толерантности и уважения разнообразия – и бросают вызов образовательному приоритету ЕС – многоязычию, основанному на принцип «родной язык плюс два».

* В январе 2021 года новообразованная правительственная коалиция между Реформастской и Центристской партиями подписала соглашение, в котором предусматривалось начало перехода на единую систему образования на эстонском языке. Министерство образования сформировало рабочую группу для разработки подробного плана полного предусмотренного перехода.

* В своем выступлении в День независимости Эстонии 24 февраля 2021 года президент Эстонии Керсти Кальюлайд обратилась к народу и потребовала ликвидации русскоязычного образования в стране. Как указала НКО «Правозащитный центр «Китеж» в своем теневом отчете Совету Европы (СЕ) о реализации РКНМ (FCNM), это не первое подобное заявление Президента.

* 23 апреля 2021 года рабочая группа под руководством Министерства образования и науки, которой поручено разработать план действий по переходу системы образования на эстонский язык как единственный язык обучения собралась на первое заседание.

* В ноябре 2021 г. правительство Эстонии приняло Стратегию образования на 2021–2035 гг., чтобы направить развитие в этой области на ближайшие годы. Как сообщают эстонские СМИ, План действий до 2035 года, представленный министром образования Лийной Керсной, предусматривает основополагающие изменения в нынешней структуре многоязычной системы. Согласно Плану, с момента его принятия до 2035 года доля обучения на эстонском языке в школах с русским языком обучения будет постепенно увеличиваться сначала до 40%, затем до 60% и до 75%, так что к 2035 году все 100% образования должно быть на эстонском. Однако, как показывают последние события, окончание русскоязычного образования наступит еще раньше – в 2030 году.

* Реформа в сфере образования в Эстонии последовала за территориально-административной реформой 2016-2017 годов с целью оптимизации школьной системы в стране, а также в соответствии с планом «Интеграция Эстонии 2020». В 2019 году были объединены 9 малых школ (от 100 до 530 учеников в каждой), и детям была предоставлена возможность выбора между обучением только на эстонском языке или двуязычным по модели 60% эстонского языка и 40% русского языка. Таким образом, объединение привело к тому, что две учебные программы работают параллельно – так называемые школы «2 в 1». План «Интеграция Эстонии 2020» предусматривал также, что гимназии с русским языком обучения в Эстонии вводят двуязычную модель эстонского языка 60/40 по отношению к русскому языку. Однако в некоторых сельских районах (где русские составляют большинство) требуемая законом модель 60/40 не могла быть применена из-за отсутствия специалистов для преподавания эстонского языка (как, например, в маленьком городке Муствеэ, при этом в местной школе всего 42 ученика с 10 по 12 классы).

* Согласно эстонскому законодательству языком обучения в гимназии является эстонский. Тем не менее, законом предусмотрено, что в муниципальных гимназиях или их отдельных классах язык обучения может быть другим. Правительство Республики может дать такое разрешение или утвердить двуязычную модель обучения на основании заявления, поданного волостной или городской управой. Однако тот факт, что правительство Эстонии предоставило исключение из правила 60 % для Таллиннской немецкой гимназии, но отказалось сделать аналогичное исключение для нескольких школ с преподаванием на русском языке, можно рассматривать как акт дискриминации по этническому признаку.

* В течение 2021 года в следствии административной реформой ряд школ в русскоязычных селах и городах, дающих образование на русском языке или двуязычное эстонско-русское образование, были закрыты, а учащиеся были автоматически переведены в местные школы только на эстонском языке с обещанием, что будет предоставлена возможность занятий русским языком до выпуска детей. Однако, в большинстве случаев такаю возможность не преложили. Для первоклассников из русскоязычных общин такой возможности не предусматривалось и они были зачислены в классы только с эстонским языком. Как сообщает общественная организация «Русская Школа Эстонии» несколько семей решили переехать из Кейла в Таллин, где до сих пор есть школы, предлагающие русскоязычное или билингвальное образование.

* По мнению представителей русскоязычной общины Эстонии, реформа в сфере образования направлена не только на оптимизацию школьной системы, но и на постепенное искоренение русского образования в Эстонии, что в итоге привело бы к ассимиляции меньшинства. Закрытие малых школ в русскоязычных районах рассматривается местным населением как социальная катастрофа, поскольку во многих случаях (например, в случае с Эмари, Кейла и Калласте) закрытие негативно сказалось не только на доступе к образованию ( в связи с тем, что школы с русскоязычным обучением находятся на значительном удалении от родных поселков учеников), но и внутренней миграцией целых семей в более крупные города (где они могут записать своих детей на русскоязычные или двуязычные школы). Кроме того, меньшинства особенно обеспокоены тем, что «оптимизированы» не только маленькие школы, но и школы с более чем 200 учениками; такие, как школа в Кивиыли могут иметь такую же судьбу. Несмотря на то, что русскоязычная школа в Кивиыли все еще функционирует, общественность беспокоит тот факт, что на уровне местного самоуправления уже ведутся дискуссии о ее дальнейшей оптимизации без проведения консультаций с заинтересованным населением.

Эстонское правительство нарушает языковые права граждан Эстонии

Рассматривая языки как выражение своей культуры, уже в Договоре о Европейском Союзе (TEU) ЕС потребовал, чтобы государства-члены уважали языковое разнообразие (статья 3, TEU), а также при развитии европейского измерения в образовании (статья 165, (2) Договора о функционировании Европейского Союза (TFEU)). В 2000 г. юридически обязывающая Хартия основных прав Европейского союза 2000 г., запрещающая дискриминацию по признаку языка, подтвердила обязательство уважать языковое разнообразие (статья 21). Следуя линии политики, в 2002 году на заседании Совета Европейского Союза в Барселоне был принят образовательный принцип «родной язык плюс два [языка]», признав многоязычие механизмом, способствующим взаимопониманию между различными культурами, экономическому прогрессу и социальной сплоченности. Однако ЕС четко указал, что продвигая и развивая эту ключевую компетенцию посредством своей образовательной политики, государства-члены должны следить за тем, чтобы учащиеся не теряли связи со своим родным языком.

Уделяя особое внимание изучению как минимум двух иностранных языков в школе наряду с изучением родного языка, признавая роль многообразия во всех своих интеграционных планах и стремясь к укреплению равенства и социальной сплоченности, Эстонское государство номинально придерживается политики ЕС. Тем не менее, эстонские законы кажутся соответствующими требованиям ЕС и международным стандартам защиты культурных прав национальных и этнических меньшинств в Европе лишь номинально. Общая государственная политика и долгосрочные разработки (на протяжении десятилетий) держит языковые и образовательные права русского меньшинства под постоянными атаками. Недавние решения парламента не только нарушают Конституцию государства, но также отменяют международные обязательства РКНМ (FCNM) и европейские правила, политику и основные ценности.

Практика выявляет тенденцию систематического и целенаправленного осуществления мер, не способствующих социальной сплоченности, но облегчающих ассимиляцию русскоязычных эстонских граждан, многие из которых идентифицируют себя как принадлежащие к сообществу национального меньшинства. Реформы в сфере образования, закрытие русскоязычных школ и планы перехода на общеэстонское образование рассматриваются не только как нарушение культурных прав и прав меньшинств, охраняемых РКНМ (FCNM), но и как механизмы, которые направлены на искоренение русского этнического самосознания представителей молодого меньшинства посредством как поощрительных, так и принудительных мер. Тот факт, что эстонское правительство неравным образом предоставило школам исключение из правила 60/40 (например, такое исключение было предоставлено Таллиннской немецкой гимназии, но было отказано нескольким русскоязычным школам), также подпитывало напряженность между русскими и этническими меньшинствами, усиливая их чувство дискриминации. Отсутствие эффективных политических мер по расширению возможностей двуязычного образования и расширению возможностей для контактов между общинами большинства и меньшинств продолжает углублять разрыв между эстонскими и русскоязычными школами и способствует сегрегации. Несмотря на то, что с 2013 года Эстония начала разрабатывать двустороннюю программу погружения (позволяющую детям эстонского и русского происхождения учиться вместе и овладевать родным языком, одновременно изучая другой язык), до 2020 года ее реализация ограничивалась лишь несколькими детскими садами в стране.

Обеспокоенность русского этноса связана не только с гибким толкованием правовых норм, регулирующих сферу образования, и их избирательным применением, но и с постоянным политическим давлением принять эстонскую идентичность, основанную на эстонском языке и культуре. В этом контексте реформа школьной системы рассматривается не как позитив, потенциально обеспечивающий ожидаемое более высокое качество образования и равные возможности на рынке труда и в жизни в целом, а как механизм, открывающий двери для постепенной ассимиляции. Ограничение прав русскоязычных эстоноземельцев на получение образования на родном языке представляется прямой угрозой возможности сохранения ими своей культурной самобытности, а новые политические стратегические планы по ликвидации русскоязычных школ усиливают опасения представителей меньшинства.

Учитывая, что, сокращая возможности получения образования на русском языке, государство оспаривает не только права на язык, культуру и идентичность национального меньшинства, но и граждан ЕС, принадлежащих к разным культурам, международное сообщество должно выступить против принятый эстонским правительством подход к социальной сплоченности, который противоречит стандартам прав человека и прав меньшинств. Сплоченное эстонское общество может быть построено только в том случае, если все заинтересованные стороны объединят усилия, чтобы найти общую основу для взаимопонимания и совместной жизни. Навязанная интеграция, игнорирующая разнообразие, есть не что иное, как ассимиляция. Следовательно, демократическое продвижение заключается в том, что эстонское правительство вовлекает русскоязычных в публичные дебаты по этому вопросу и в процесс принятия решений.

Кто будет защищать права русского меньшинства в Эстонии?

Положение русского меньшинства в Эстонии было рассмотрено четырьмя резолюциями FUEN, принятыми Собранием делегатов организаций-членов в период с 2018 по 2022 год. Нарушение прав на образование и язык также является нарушением права на идентичность и культуру, а значит — нарушение положений Рамочной конвенции о защите национальных меньшинств, участником которой является Эстонское государство.

Поэтому FUEN призывает правительство Эстонии:
* соблюдать все статьи Рамочной конвенции о защите национальных меньшинств и придерживаться рекомендаций международных организаций (ОБСЕ, КЛРД и др.)
* пересмотреть политику нарушения образовательных и языковых прав русскоязычных граждан Эстонии и отказаться от политики закрытия русскоязычных школ без обеспечения предоставления населению одинаковых образовательных возможностей в случаях проводимых реформ/оптимизации школьной системы.
* придерживаться ключевой европейской ценности многоязычного образования и пересмотреть Программу развития эстонского языка на 2021–2030 годы, целью которой является полный переход на образование только на эстонском языке.

FUEN призывает ЕС, Совет Европы и европейские институты в целом:
* занять твёрдую позицию против политики Эстонии в отношении русского национального меньшинства и попыток введения в действие насильственной ассимиляции, противоречащей Договору ЕС (ст. 3), Рамочной конвенции о защите национальных меньшинств РКНМ (FCNM (ст. 5, 14). , 16 и др.), Гаагским рекомендациям ОБСЕ. Нарушая права на язык, культуру и идентичность европейских граждан различного культурного происхождения, правительство Эстонии действует против основных ценностей и принципов ЕС.
* требовать, чтобы правительство Эстонии уважало и придерживалось европейских ценностей разнообразия и многоязычия в сфере образования, а также соблюдало международные стандарты и обязательства, вытекающие из ратифицированных правовых актов Совета Европы, ОБСЕ, ООН и ЕС.

Источник

Желающие поддержать наш сайт могут это сделать, переведя посильную сумму на счёт Правозащитного центра “Китеж”. Центр находится в списке льготников, поэтому с пожертвований возвращается подоходный налог.

MTÜ INIMÕIGUSTE KAITSE KESKUS KITEZH

EE332200221063236182

Пояснение: annetus

Стоит прочитать!

ПРАВА ЧЕЛОВЕКА. Владимир Линдерман: “Без вины виноватые”

Но каким-то удивительным образом уже есть обвиняемые – вот я, например, – в оправдании преступников, которых нет! 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *