Станислав Калинин: “Кто он, современный варвар?”

Не так давно, рассматривая гравюру 19 века, изображающую разрушение древними вандалами римского акведука, автору  подумалось, что это событие несет настолько вневременной контекст и по-своему актуально и в наши дни, что его “возвращение” сейчас, словно бы на витке спирали Времени, стоило бы рассмотреть подробнее – что представляет собой разрушение “акведука” нашего времени, кто эти современные варвары, разрушившие его, и что за этим событием последует.

Спираль Времени – тоже “затёртое до дыр” выражение, но эти самые спирали стоило бы тоже разобрать подробнее… Безусловно, есть Спирали Времени более крупные, знаменующие конец определённых огромных периодов, а есть, конечно, и спирали/синусоиды поменьше, которые обозначают более мелкие колебательные процессы. Взгляните на биржевой „зубчатый“ график S & P или Dax – линия постоянно разбивается на пики и “ямы”, но неуклонно движется вниз с начала 2022 года.

Взгляните на историю России – уже неоднократно была подмечена тенденция раз в 100 лет совершать перевороты и революции, а также чередование правителей то консервативных, приводящих страну к экономическому и политическому изоляционизму, то либеральных. Те же синусоиды – не говоря уж о войне c коллективным Западом примерно раз в сто лет. И, говоря уже о мире вообще, историки и культурологи подмечали, что и человеческая цивилизация в виде её западной, техногенной, формы, проходит через ниспадающую линию сразу трёх огромных “бугров”-синусоид. Это три глубинных кризиса, которые мы сейчас и наблюдаем в своей терминальной форме – кризис капитализма, кризис христианской цивилизации, и, наконец, кризис белой расы как той, что выстраивала эту глобальную капиталистическую цивилизацию в основном на базе христианского мировоззрения.

Длина каждой из этих ”волн” соответственно будет различной – от 500-600 лет капитализма до десятков тысяч лет существования белого человека. И было бы логичным и познавательным посмотреть, что было до капитализма, до христианства, и до белого человека. Естественно, мы не будем заниматься гаданием на кофейной гуще, однако никто не мешает нам сделать своего рода интерполяцию сегодняшних трендов и последствий уже свершившихся событий.

Начнем с капитализма и вспомним, как он зарождался. Вспомним Флоренцию 15 века, с новым для того времени явлением – банкирским домом Медичи. Первый в истории западной христианской цивилизации род финансистов, ставших позднее и олигархами – то есть присовокупившими к своей финансовой мощи еще и мощь политическую. Действовали эти люди на фоне постоянных феодальных распрей и постоянного соперничества городов, каждый из которых был независимым субъектом, с собственной армией,  и объединяющим началом у них всех была христианская религия, авторитет либо папы, либо императора священной Римской Империи Германской Hации, а также схожий экономический уклад, в основе которого была все равно обработка того, что произведено вне города. Медичи и стали одними из первых, кто начал параллельно с аристократическими родами создавать власть выскочек, которая основывалась, прежде всего, на уже транснациональных финансах.

Кто же знал, что спустя примерно 600 лет власть транснациональных компаний распространится на весь Земной шарик и начнёт попросту вытеснять весь реальный сектор, превращая целые континенты с пока ещё преимущественно белым населением в территории, живущие (в экономическом смысле) паразитарным способом, посредством переклеивания лейблов и спекулируя ценными бумагами? До условных Медичи Европа не знала не просто транснациональных промышленных гигантов, но и мануфактур – ведь даже для создания мануфактурного производства человек уже нуждается в какой-никакой энергетике, хотя бы в виде водяных колёс.

Не забудем, что именно при Медичи досужий праздный класс и художники начали впервые откапывать античные скульптуры и странные римские арки, смутно догадываясь, что то были не остатки храмовых построек, но невиданное для эпохи феодализма инженерное сооружение – благодаря ему миллион тогдашних римлян мог утолять жажду, избегать вызванных грязью болезней и вообще гордо считать себя высокоразвитым народом. Видимо, да Винчи, заглянув тогда не только в могучее прошлое, но и провидчески в будущее, лихорадочно начал рисовать машины, устройства, необычные титанические постройки – может он почувствовал даже, что апофеозом только нарождавшейся тогда техногенной цивилизации станут и потомки акведуков – газопроводы и нефтепроводы.

Возможно, он как-то мог предчувствовать, что цивилизация должна будет пройти через ”пик” на кривой своего развития, затем страшные потрясения в виде выяснения отношений отдельных своих частей, затем период относительного баланса и даже сотрудничества, и, наконец, период обрушения систем единого организма… Может, он мог предугадать, что после разрыва связующих звеньев этой единой системы распавшийся мир придёт вначале к импероподобным образованиям, опирающимся на собственные энергетическо-промышленные комплексы, а другие регионы начнут неизбежно распадаться на мелкие фрагменты, воюющие друг с другом за тепло и еду. И действительно, может ли Европу ждать что-то иное в условиях распада постиндустриального мира.

Есть, правда, один нюанс, отличающий этот мир будущей Европы после капитализма от мира средневековья. Cредневековый мир был, как я уже упоминал, миром преимущественно сельским, где производством продуктов питания и была занята подавляющая часть населения. Жалкие проценты сельского населения нынешней Европы может и пополнятся убежавшими из становящимися лишь рассадниками преступности городов, однако готовы ли они будут взяться за условные соху и плуг после исчезновения дешевого минерального удобрения?

Мы не в силах предвидеть все, но думается, судьба масс людей, не привыкших к физическому труду, будет не слишком радужной и их быстрый переход к сельскому традиционному труду вовсе не будет массовым, не исключён и голод. Кроме того, не забудем, что именно капитализм стал условием создания наций как таковых – до них существовали лишь народности в рамках империй, которые объединяли народы по религиозному признаку и концентрировались вдоль тогдашних траснпортных путей – рек.

При отсутствии фактора религиозности единственным фактором объединения людей останется сохранившаяся энергетическая и транспортная инфраструктура. В условиях распада капитализма и обострения проблемы физического выживания может случиться и распад наций, массовый отток населения с гиблых мест, невзирая на нынешние границы (которые неизбежно будут изменены), и концентрация населения, конечно же, будет там, где сохранятся энергосети и подвоз товара.

Теперь о конце христианской цивилизации, более подробно. Уже во времена Медичи христианская цивилизация насчитывала примерно 1500 лет. Уже в 15-16 веках христианство претерпевало кризис в виде гуманизма и Реформации. Уже тогда на этой громадной синусоиде был пройден пик, когда жили Фома Аквинский, Франциск Ассизский, и когда земное (довольно убогое тогда, в бытовом смысле) существование человека считалось лишь предварительным этапом перед тем, как человек этот должен был предстать перед лицом Бога.

К периоду Возрождения уже началось то, что завершается сейчас уродством трансгуманизма, сотней гендеров и приравниванием человека во всех смыслах к животному. Тогда, в 15 веке, на пока ещё смиренное перед ликом Божественного средневековое сознание наложились технические достижения искусства и ремёсел того времени, вкупе с радостью человека как бы открыть самого себя заново. В результате такого ”симбиоза” мы и получили великую Сикстинскую Капеллу, великолепного Бернини, которые в последующие века превратились в чистую форму маньеризма, а к началу 20 века, когда уже умерли и форма, и достойное содержание – мы видим Кирилла Серебренникова, Даню Милохина и отпечатки интимных мест в гипсе на стенке в музее , которые дельцы от “искусства” называют экспонатами.

Кто-то может возразить – а как же восстановленные храмы? А как же великолепие православных литургий? Это же все на месте и даже функционирует и сейчас? В том то и дело, что функционировать до определенного момента может и машина, по инерции, даже когда топливо уже не подается, однако момент ее остановки всегда неизбежен. Топливо – вера в Бога масс людей – исчезла. Естественно, ее начинает заменять хтоническое безумие разного рода – от массового ковидного помешательства до шизоидного технократического мышления того, что навязывается как будущее человеческого существа – помесь человека с машиной. И конечно, в условиях, когда Бог умер, исчезает даже цемент, скреплявший некогда монархические империи прошлого, что делает невозможным их возврат именно в том виде, как мы узнаем о них из учебников истории.

Таким образом, кратко рассмотрев завершение двух явлений нынешней цивилизации – конец христианского мировоззрения и конец капитализма, мы чуть было не забыли, что когда две линии начинают стремительно скатываться к оси “Х”, может возникнуть такая вещь, как “вхождение в резонанс” обоих упомянутых явлений… Мы ведь понимаем, что капитализм и христианское мировоззрение не просто существовали параллельно, но и, накладываясь друг на друга, пытаясь симбиотически сосуществовать, давали в разные периоды разные результаты.

Например, первые ростки капитализма, который как явление возник, как назвал это Фурсов, “из предсмертного крика уничтожаемого социального класса”, в 16 веке проявились в страшных войнах и расколах христианства. И последнее в своей ослабленной форме в виде протестантизма приспособилось к новым условиям, уже не оспаривая ни ссудный процент, ни культ накопительства, и закрывая глаза эксплуатацию детей в шахтах, рабов на плантациях и уничтожение коренного населения Америки.

Христианство было ослаблено, синусоида же капитализма шла в то же самое время вверх и вверх до начала 20 века, после чего и произошёл первый значимый системный надлом в виде Первой Мировой Войны, которая и означала, что происходит как надлом капсистемы, так и “убийство Бога”, по Ницше. После чего на целой одной шестой части суши возникла антисистема – как альтернатива претерпевающей системный кризис мирсистемы. На вооружение в этой социалистической антисистеме, в духовном смысле, были взяты отчасти и несколько видоизменённые принципы христианства, естественно, переиначенные уже в просвещенческом ключе.

Но, поскольку остатки христианских принципов в остальном мире все равно непрерывно выхолащивались, то к 80-м годам 20 века, после распада СССР, в мире белого человека осталось только то, что давно в Цивилизации Запада начало подменять собой христианские принципы – легизм, верховенство Закона как Правила, написанного самим же человеком. Причём Закон, который изначально при монархиях все равно исходил из принципa наименее травмирующего всех членов общества консенсуса мирного сосуществования всех членов общества в пирамидальной системе (которая была придумана ещё в незапамятные феодальные времена как модель, копирующая небесное устройство), к 30-м годам при фашистских диктатурах уже стал вырождаться, например, в германские расовые законы.

Таким образом, к 20-м годам 21 века мы постепенно приходим к следующему: принципы и общественное устройство отошло от христианской “закваски” так далеко, как только можно, и заменены лицемерными и абсолютно извращенными “правилами” так называемой либеральной демократии, при котором наверх всплывают, по принципу наиболее легкой субстанции, извращения всех видов, практически сатанинское технократическое мировоззрение, где превозносится абсолютно одинокий в этом мире индивид, идущий по головам, живущий по алгоритму приложений собственного смартфона и копящий виртуальные деньги в виртуальном кошельке.

Культ такого вот эгоцентрика-извращенца-технократа мог бы пропагандироваться и углубляться из единого глобалисткого центра и дальше, однако вот незадача – общество “Конца истории Фукуямы” неожиданно стало давать трещины из-за слишком запущенных проблем глобального капитализма, в первую очередь в странах Европы и Северной Америки. Поскольку, в отличие от производящего, и тоже весьма глобального, капитализма до Первой Мировой, постиндустриальный капитализм выродился, по сути, в паразитическую систему, при которой наиболее богатая часть мира живёт через вывоз уже всего производства в более бедные страны, снимая лишь сливки с этой новой колониальной системы, живя все больше за счет поддержания выгодной ей систеы товарообмена через единственную базовую валюту, и, через постоянный обман населения, подталкивая их к жизни в долг.

Все это не могло не вылиться в глобальный долговой кризис, а система вывоза капитала в страны с более дешёвой силой постепенно развращала и бывшую полупериферию и периферию, которые копировали такое устройство  – в конце-концов, мы и получили систему (при постоянно повышавшемся уровне жизни в бывших колониях), при которой капитал стало вывозить просто некуда.. Подрыв морально-нравственных устоев условного Запада, лишившегося христианских принципов, в условиях постоянно стагнирующей, неспособной к развитию системы привёл к использованию мощных информационных сетевых систем для формирования сознания покорного и недальновидного индивида, который в угоду глобальным финансово-паразитическим институтам начал постепенно подчиняться суицидальному для него самого подталкиванию к тому, чтобы принять как должное сворачивание проекта “Европа” как такового. То есть эффект резонанса двух кризисных явлений налицо.

Теперь и кризисе белого человека. Да, только полный невежда не слышал о проблеме рождаемости в странaх Запада, население которого все больше замещается пришлым – от арабов Ближнего Востока до чернокожих Африки. Белый человек, “прославивившийся” своими теориями о расовом превосходстве, от полковника МакКиндера до завываний Розенберга, теперь сдает свои позиции индусам в качестве премьера и китайцам – уже абсолютно повсюду. Белый человек, создавший техногенную цивилизацию, получил когда-то свой заряд пассионарности от индоарийских племен, живших восточней Карпат.

Теперь несколько иной народ, живущий там же, начинает в результате переселения вносить несколько иной импульс в некогда размеренную жизнь субконтинента. Пассионарность это, однако, уже кибелического, а не аполлонического толка. На восстановление населения она толком не влияет, лишь ложась обузой на местные бюджеты, однако хаотизирует жизнь и вносит элемент разлада. Наложившись на кризис христианства и капиталистического типа экономики, появится большее пространство для возникновения разного рода воинственных квазиязыческих сект и соблазна сетевого управления новыми манкуртами с помощью желто-голубой тематики.

Как известно, исторически мощь и влияние белого человека строились на основе благоприятного климата вкупе с продвинутым оружием и концентрацией довольно агрессивного населения, искавшего возможности выплеснуть избыток этого населения куда либо ещё. В условиях отсутствия гегемонии в области вооружения, к тому же при отсутствии централизованно-патриархальной модели в обществе, такое общество неизбежно будет вытесняться народами, где имеются не худшие технологии, но к тому же не потеряна идентичность благодаря сохранению семьи, традиционной религии и национального самосознания.

Мы уже видим переселение промышленных корпораций в США, а следом за этим не исключен и переезд большого количества европейцев туда, где им будет находиться лучшее применение – прецеденты мы видели уже в прошлые века, возможно, сейчас это примет ещё более масштабные размеры. И вполне возможно, что европейский субконтинент станет преимущественно ”черным” – известна версия, что он и был таковым в доисторические времена.

Поскольку мы уже используем исторические аналогии, то возвратимся к примеру Рима. Во времена Римской Империи варварам вполне нравился комфорт и удобство тогдашней римской жизни, нравился и Сенат, и императорский стиль управления латинян, которых они и начали потихоньку вытеснять отовсюду. Поэтому, постепенно внедряясь в структуры управления (сказка о внезапном захвате ими Рима – всего лишь распространенный миф), они усвоили все, что могли, воспроизводя копии Римской империи то в виде империи Карла Великого, то в виде Империи Габсбургов уже многими веками позже.

Однако во всем этом “усвоении и переваривании” есть один момент – в процессе осваивания они все же разрушили акведуки, позволили Римскому Форуму зарaсти травой. Да, акведук ремонтировали и разрушали снова, однако люди стали уходить из прежде такого удобного и гордого собой Вечного Города, в котором уже не было безопасности, и повсюду шныряли какие-то чуждые и непонятные элементы, не знавшие ничего о Юлии Цезаре и Цицероне.

Так кто же этот совремнный варвар, разрушивший ”акведук” наших дней? В наше время этаким Глобальным Варваром стал не столько коллективный араб или чернокожий – думаю, аналогия здесь не столь прямолинейна. Ведь тогдашний Варвар – это был человек с аполлоническим мировоззрением обычно агрессивного кочевого племени, в котором все подчинялись вождю, и все боялись верховное божество, обычно символизирующее Cолнце. Столкнувшись с Цивилизацией, в которой в тот  момент уже явственны были черты застойного кибелического Болота, где патриархат цезарей давно выродился в хаотическую вереницу правителей слабых и развратных, но уже исподволь развивалось все больше христианское миривоззрение, проникавшее из низов, новая дикая варварская сила легла на идеологию с совершенно новыми и прогрессивными на тото момент принципами. В результате, да, Римская Империя на Западе продолжала веками загнивать в бытовом и технологическом смысле, однако на этом фоне все больше проступали черты чего-то совершенно нового, невиданного, тоже основанного на вертикальной, устремлённой к небу патриархальности, это была, принципиально, культура духовная, а не телесная.

Сейчас же мы имеем загнивание уже этой второй, христианской цивилизации, от которой отпочковалась в 18 веке Антицивилизация с культом Великой Матери (по терминологии философа Дугина). Эта Антицивилизация порождает постоянно явления, основным признаком которых можно назвать тягу к уничтожению всего, несущего память, историю, стремление к совершенству Духовного Человека, целью же стало постоянное низведение человека к уровню либо биомашины, либо животного. На более практическом уровне такая торгашеская Aнтицивилизация, поскольку она как правление мегакорпораций, в конечном итоге, сводит любой настоящий Прогресс к нулю, не терпя никакой конкуренции, начинает в конце-концов заниматься уже прямым вредительством – подрывом газопроводов, нефтепроводов, закончится все, думается, и прямым суицидальным поступком, а именно – разрушением инфосетей.

Итак, Современный Варвар не локален, он одновременно повсюду в виде неадекватных правительств, необразованных извращенцев во власти, а также их поддерживающего управляемого дигитально Роя Особей, которые уже слились, по сути, с машиной, как в страшном фильме “Муха”. Возможно, и они тоже – порождение вошедших в резонанс трех кризисных явлений современности – кризиса капитализма, христианства и белого человека.

Стоит прочитать!

週四 Светлана Селиванова: “Китайцы не дадут европейцам замёрзнуть”

Зимние товары китайского производства идут нарасхват в Европе.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *