Ants Daumani tänav. Autor/allikas: ERR

Тийт Тоомсалу: “История против толкования истории – местный и глобальный масштаб (от Христофора Колумба до Ансиса Дауманиса)”

Эту статью левого политика Тийта Тоомсалу отказалось печатать издание Postimees. Почему? Каждый, кто её прочитает, поймёт: из-за неприятия исторической ПРАВДЫ.

Отражение бесстрастно разворачивающейся истории и её интерпретации снова и снова порождают полемику о том, сколь серьёзно можно воспринимать то, что приписывают истории?    

31 октября 2020 года газета Postimees опубликовала статью Тийта Корстена «Коммунисты Нарвы должны снова уйти в подполье».

Статья обсуждала принятое за несколько дней до этого очередное «изменение изменения закона» – изменение Закона ЭР «О топонимике», согласно которому «имена лиц, которые воевали против Эстонской Республики, нельзя использовать в названиях географических объектов». Инициатором поправки стал со скандальной биографией Эрик-Нийлес Кросс, по словам которого две улицы – Даумана и Тиймана, носящие имена «коммунистических красных убийц» оскорбляют государственность Эстонии. Зато комментарий мэра Нарвы глубоко человечен: «Я родился и вырос в Нарве, и прожил всю жизнь с этими именами. Для меня это не улицы, носящие имена коммунистов, а имена, которые сопровождали меня с детства». Да и в самой Эстонии до сих пор по этому поводу к Нарве не относились с недоверием, это не давало повода гавкать в сторону города и каким-либо образом нападать на него.      

Так что ж представляет собой история, а что – её интерпретация? Как Эстонская энциклопедия 1935 года, так и ЭСЭ (Эстонская советская энциклопедия) 1968 года и ЭЭ (Эстонская энциклопедия) 1985 года, уж не говоря о различных словарях, «история» определяется, как «развитие определённых объектов, происшедшее с ними в прошлом». Современный, XXI века «народный лексикон» –  Википедия, впервые вводит в оборот свойственный духу нашего времени «описательный элемент» исторических событий или другими словами «трактовку истории». Если история – объективная категория, фиксирующая событие, то трактовки истории это оценочные субъективные категории, призванные охарактеризовать событие. Однако характеристики зависят от меняющихся общественных представлений в зависимости от каждой данной эпохи (поколения), и могут быть противоречащими друг другу. Этих трактовок, как правило, много.                     

Примером можно считать вооружённое противостояние – гражданскую войну на территории современной Эстонии, называемой, либо Освободительной войной, либо международным сопротивлением вооружённой интервенции России.

А вот историей или историческим фактом в объективном толковании служит то, что с ноября 1918 года по июнь 1919 года в Эстонии столкнулись две вооружённые политические силы, претендовавшие на создание государственности в этой, ещё не состоявшейся стране. Это – Эстонские красные стрелки, они настаивали на создании пролетарского, социалистического  государства. И это –  эстонские белые, пробуржуазные силы, они воевали за создание капиталистического Эстонского государства. Историческим следует считать и факт, что «белая» Эстония    победила Эстонию «красную». При этом согласно «элементу исторической трактовки» поражение потерпели «красные убийцы». Будто и не было аналогичного террора «белой Эстонии», также совершавшей убийства на классово-политической основе, чаще всего без суда и следствия. 

Исторический контекст казуса Тиймана-Даумана, без которого невозможно оценить общественные настроения той поры. 1917 год – в России рухнула монархия, была создана буржуазная республика во главе с министром-председателем Временного правительства  Керенским. Одновременно в России возникло двоевластие: с одной стороны буржуазное временное правительство со  своими губернскими органами власти, с другой – Советы рабочих и солдатских депутатов. Обе стороны конкурировали друг с другом, но были легальными и реальными центрами власти. Решением российского Временного правительства границы Эстляндской губернии были расширены за счёт территорий южной Эстонии, входившей в состав  Лифляндской губернии с центром в Риге. Тарту и Выру стали эстонскими городами. Нарва же по-прежнему оставалась в составе Ямбургского уезда Петербургской (тогда – Петроградской) губернии.

Ещё не родилась идея о создании независимого Эстонского государства – общественность, в т. ч. и буржуазная, удовлетворялась автономией в составе России. Более того, тогда же пошли слухи о создании объединённого Финско-Эстонского королевства.           

После прибытия на таллинский (ревельский) рейд военно-морского флота Великобритании первым шагом премьер-министра Эстонского Временного правительства Константина Пятса был визит на флагманский корабль британской эскадры. Там же он передал официальную просьбу оккупировать Эстонию и принять её в состав Британской империи в статусе протектората (колонии с внутренним самоуправлением).

На фоне летних политических сдвигов летом 1917 года Нарвский Совет рабочих и солдатских депутатов направил Временному правительству Керенского ходатайство о включении Нарвы в состав Эстляндской губернии.

В октябре этого же года свершилась Октябрьская революция, в результате чего завершилось двоевластие – вся власть в России перешла к Советам. И народный комиссар по делам национальностей российского большевистского правительства РСФСР Иосиф Сталин утверждает присоединение Нарвы к Эстляндской губернии. /Заметим: Эстляндия ещё в составе России/.     

1918 год. Немецкая оккупация Эстонии на основе Брестсткого мира, заключённого между Германией и Россией в Брест-Литовске. С приходом в Эстонию оккупационных войск кайзеровской Германии эстонцы-красногвардейцы  эвакуировались в Петроград.

В ноябре в Германии произошла революция. Она капитулировала, вышла из Первой мировой войны. По требованию победительницы – АНТАНТЫ, гражданское управление немецкими оккупационными войсками было передано Временному Земскому совету (Maapäev). Этот Совет создаёт 21.11.1918 Временное правительство Эстонской Республики (Eesti Wabariik) в пределах получившей в 1917 году автономию Эстляндской губернии. Но уже 28.11.1918, созданный в начале этого месяца Виктором Кингисеппом новый орган автономии –   Исполнительный Комитет Советов Эстонии провозглашает в Нарве Эстонскую советскую республику, получившая историческое название – Эстляндская Трудовая Коммуна. Начинается межклассовая война.   

1919 год. Её ведут две структуры, претендующие каждый на свою государственность. Это Эстонская Республика и Эстляндская Трудовая Коммуна. У обеих сторон появляются в соответствии с классовой солидарностью братья по оружию. Сподвижниками Эстонской Советской республики в России стал красный Петроград и южный сосед Латвия – латышские красные стрелки.

На стороне Эстонской Республики выступает эскадра Королевского военно-морского флота Великобритании, вошедшая в Финский залив, а также прибывшие на помощь батальоны смерти с «белыми добровольцами», победившими в аналогичной межклассовой войне в Финляндии. И ещё – смертельный враг самостоятельности Эстонии, стремившийся воссоздать единую Россию – Северо-Западная армия генерала Юденича. На помощь белоэстонцам пришли и другие добровольцы со всей Скандинавии, а также отдельные вооружённые формирования остзейских баронов, получивших тяжёлое вооружение от покидавших Эстляндию казеровских войск Германии. Была и иная помощь.          

В июне 1919 года Эстляндская Трудовая Коммуна была распущена в городе Луге после поражения отступивших вглубь России эстонских коммунистических полков от т.н. Народной армии белоэстонцев и воевавших на их стороне названных выше сторонников.

Под давлением западных союзников победители с целью захвата Петрограда начали совместно с «белой армией» Юденича  вторжение на соседние с Эстляндией территории красной России, что никак не вписывалось в схемы Освободительной войны, которая была большей частью гражданской. Истинно народной –   Освободительной войной стали военные столкновения с немецким Ландесвером, действовавшим на территории Латвии. То были добровольцы из числа местных остзейских немцев и остатков войск кайзеровской Германии, мечтавших сохранить немецкое присутствие в Прибалтике. Эстонцы разгромили их летом 1919 года под Вынну, ныне латвийский Цесис.

Начались консультации переговорщиков от буржуазной Эстонской Республики и Советской России (РСФСР). Они завершились заключением Тартуского/Юрьевского мирного договора 2 февраля 1920 года.              

Так кто же были Альберт-Август Тийман и Анс Дауман – т.н. «красные убийцы»? Ни Эстонская энциклопедия 1935 года, ни советские энциклопедии (ENE и EE) не считали Анса Дауманиса (Ansis Daumanis) столь важной личностью, чтобы упомянуть его. Википедия сообщает, что он родом из Лифляндской губернии (Латвия), подчёркивается, что он латвийский политик, входил в ходе гражданской войны в Латвии в командные структуры воинских частей латышских красных стрелков. В то же время – в дни февральской буржуазно-демократической революции 1917 года был избран городским головой Нарвы, председателем городского Совета. Участвовал в создании Нарвского рабочего полка и был командиром этого кавалерийского отряда. В ходе  мировой революции участвовал в составе Красной Армии в военном походе на Польшу, где и погиб. Но его роль была решающей, когда он, будучи председателем Нарвского исполнительного комитета и нарвского Совета, добился перевода Нарвы в состав Эстляндской губернии из состава Ямбургского уезда Петроградской губернии. Для этого он организовал в Нарве народное  голосование по этому вопросу, представил на этой основе ходатайство правительству Керенского и добился от правительства Ленина положительного ответа. Таким образом завершилось двухсотлетие пребывания Нарвы в составе соседней, Петербургской губернии.

Имя Альберта Тиймана (родился в Нарве) упоминает энциклопедия ENE в 1975 году. Как этот источник, так и современная Википедия, отмечают его роль на посту руководителя партийной организации РСДРП в Нарве и председателя военно-революционного комитета в дни Октябрьской революции 1917 года. Далее он был  в России – в 1918-1919 годы председателем исполкома Ямбургского уездного Совета. В дни Эстляндской Трудовой Коммуны он – председатель исполкома Нарвского совета. Таким образом, он был видным деятелем местной власти в Нарве. И, несомненно, для Нарвы он – символ местной истории. 

Так в чём, в конце концов, суть дела? Какова реальная суть войны с названиями улиц, с которыми выросло несколько поколений нарвитян, при этом против лиц, которые не были в фокусе внимания, ни буржуазной Эстонии, ни советской исторической науки? Коротко и резюмируя: это – идеологическая война, гибридная война с целью формирования общественного мнения, опирающегося на субъективную интерпретацию истории, причём с абсолютизированием выборочно и политически выгодных новой власти исторических событий.

Причём это – тенденция, поддерживаемая государством. Потому что уже в 2018 году Президент Республики Керсти Кальюлайд в ходе своего визита в Нарву презентовала газете «Северное побережье» (Põhjarannik) новые имена улиц – соответственно: Кивилинна (Kivilinna) и Солдино (Soldino). В этой войне мы имеем дело с операцией, проводимой против сознательно используемого раздуваемого страха перед призраком «враждебной идеологии». Цель этой операции – навязать новую, современную модель трактовки истории.

Надо учесть и то, что во время принятия упомянутого выше закона в Рийгикогу власть в Нарве принадлежала исключённым из Центристской партии депутатов – отсюда единодушная поддержка парламентариями беспрецедентному вмешательству во властные права местного самоуправления.               

Войны с монументами. Одной из форм «исторической интерпретации» по извращению объективной истории были, есть и, очевидно, будут и впредь – «войны с монументами». Много примеров тому в недавнем прошлом в США и происходящее в Евросоюзе. Это целый список разрушенных монументов, посвящённых выдающимся историческим личностям, возглавлявшим южные штаты (конфедераты) в гражданской войне США в XIX веке, а также памятник Теодору Рузвельту в Нью-Йорке и бывшему королю Бельгии Леопольду II в Амстердаме. И это – не всё. Достаточно сослаться на волну вандализма, прокатившуюся по США, приведшую к сносу памятников  Христофору Колумбу, открывшему Европе американский континент. Мотивацией стала «переоценка исторических событий», что обернулось в итоге ревизией истории.

Эстонские СМИ отметились не совсем замеченными, но в то же время подробными материалами о сносе и разрушении в Восточной Европе памятников II мировой войне. В один ряд с этим можно поставить и перенос «Бронзового солдата» с Тынисмяги на Военное кладбище, хотя и в более мягкой форме. Сюда же я причислил бы и историческую переоценку (читай: войну) в связи с  переименованием улиц Альберта-Августа Тиймана и Анса Даумана.                   

Самой большой ошибкой, как здесь, у нас, так и за океаном, стала попытка оценивать оставшееся в истории событие или имя, игнорируя соответствовавшую им историческую эпоху и оценки своего времени, и навязывание современной оценки в фокусе совсем новых историко-политических обстоятельств. Историю заменяют её интерпретацией на потребу дня. Всё это представляет собой идеологизирование и политизацию истории, что нарушает её преемственность.  

Медийная цензура. Особенно печально, что переписывание истории, как правило, сопровождается политизированной и идеологизированной цензурой в СМИ, при этом продолжающие почему-то считать себя свободными от власти. 

Рассмотренная мною тема была поднята в связи с опубликованной ранее в издании «Постимеэс» (Postimees) статьёй «Нарвские коммунисты должны снова уйти в подполье». Отправив той же редакции статью со своим мнением, получил ответ от редактора Мартина Эхала: «Спасибо за обмен мнениями. «Постимеэс» предпочитает эту тему далее не обсуждать». Тогда я отправил редакции статью из Википедии «Включение Нарвы в состав Эстляндской губернии» и свою краткую оценку: «Меня поражает, что после 30 лет восстановления независимости Эстонии ещё культивируется классовая ненависть к неминуемым и неизбежным историческим событиям. Для сравнения – в мировом масштабе привёл бы разрушение памятников, установленным в своё время конфедератам, проигравшим в США гражданскую войну в XIX веке. Аналогией этому явлению в Эстонии стала кампания т.н. «переименования улиц» в Нарве, вдохновляемая, в том числе ныне «сидящим президентом». В Вашей газете автор обозрения «Нарвские коммунисты должны снова уйти в подполье» Теэт Корстен упоминает имена Тийман и Дауман.

Да, они оба получили признание большевиков. Первый был в Нарве реально связан с гражданской войной в первой фазе Освободительной войны, в которой противостояли Эстонская Республика (Eesti Wabariik) и пролетарская Эстонская Советская республика. Даумана же в любом случае следует считать патриотом Нарвы и Эстонии в целом – благодаря ему Нарва перешла из состава Ямбургского уезда Петроградской губернии в состав Эстляндской губернии. Наверное, он всё-таки заслуживает того, чтобы его имя запечатлелось в истории Нарвы и в названии городской улицы».

Тийт Тоомсалу, политик, публицист

Стоит прочитать!

«Горлица» Вадима Верника: персональный ад и рай, в котором царствует любовь героев

«Горлица» – первая книга рижанина Вадима Верника. Литературный дебют получился настолько ярким, что о книге …

2 комментария

  1. Александр

    Спасибо столь подробное разъяснение.

  2. Светлана

    Слишком много у нас в Эстонии новых толкователей событий, включая президента. Вероятно, у них шоры на глазах.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *